Узаконенные ошибки

Людям свойственно ошибаться. Говорят, что не ошибается лишь тот, кто ничего не делает.  Так и в языке – нет абсолютно грамотных, тех, кто никогда не ошибается. И что интересно, некоторые ошибки стали нормой. В этой статье я расскажу лишь о нескольких любопытных случаях.

Так, например, путешественники, осваивая новые земли, не всегда находили «общий язык» с местными жителями. Из-за такого недопонимания возникли новые слова: орангутанг –буквально переводится как «лесной человек».  Туземцы так называли жителей внутренних лесов острова Калимантан, а европейцы решили, что речь идет о крупной человекообразной обезьяне.  Кенгуру – увидев впервые этих животных, исследователи спросили местных жителей, как те называются, и услышали в ответ: «кенгуру». Это означало: «Мы вас не понимаем».  Канада буквально переводится как «хижины».  Тогда, в далекие времена речь шла о небольшом селении индейцев, которое увидели исследователи новых земель. Позже этим словом стали называть огромную страну.

Зонтик – слово пришло к нам из голландского  и выглядело именно так: zondek. Буквально оно означает «покрышка от солнца». Позже  -ик  стало восприниматься как уменьшительно-ласкательный суффикс, и появилось слово зонт.

В древности ошибки часто допускались при переписывании манускриптов. Труд переписчиков был очень тяжелым: им приходилось переписывать по 60-80 страниц в день!   Развитие книгопечатания не спасло ситуацию, ведь наборщики тоже люди и тоже ошибаются.  Интересно, что некоторые ошибки, допущенные наборщиками и переписчиками, были узаконены. Самый известный случай- слово зенит. У арабов было semt, так оно сначала записывалось и в Европе. Но однажды то ли  последняя буква была прописана нечетко, то ли над последним крючочком появилось пятнышко, и буква m стала восприниматься как n и  i. А самое удивительное, что именно в таком виде оно позже вошло в европейские языки.

Еще одна любопытная ошибка увековечена не только в слове, но и в мраморе. «Моисей» — одно из самых прославленных творений Микеланджело.

В  нем скульптор воплотил мечту о  человеке решительном, волевом и страстном. Фигура полна динамизма и внутреннего напряжения. Пророк справедлив, но страшен в своем гневе: народ отступился от него, променяв правду на деньги. Но если мы внимательно посмотрим на скульптуру, то увидим маленькие рожки на голове пророка. И это удивляет.  Ну откуда у пророка рожки? Тут во всем виноват латинский перевод Библии.  Очевидно, здесь латинское coronatum – «венчать, украшать венком» было подменено другим очень похожим внешне словом: cornutus – «рогатый». А Микеланджело воссоздал эту ошибочно возникшую деталь в облике Моисея.

И еще одно любопытное изречение «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богатому попасть в царство небесное».

 Изречение поражает своей странностью! Ну кому придет в голову проводить ВЕРБЛЮДОВ сквозь игольное ушко? Это же абсурд!  Однако стоит обратиться к истокам и вспомнить, что у греков наряду со словом kamelos – «верблюд» имелось  очень похожее слово kamilos – «канат». Очень вероятно, что здесь произошла подмена, и канат превратился в верблюда.  А правильно было бы: «Легче канат протянуть через игольное ушко…»